Прежде всего потому, что стоящий в центре страны на перекрестке дорог, связывающих христианский север и мусульманский юг, пережил все, что пережила страна в целом.

Прежде всего потому, что стоящий в центре страны на перекрестке дорог, связывающих христианский север и мусульманский юг, пережил все, что пережила страна в целом. Первое его название, еще не города, но довольно крупного поселения, основанного в IV в. до н. э. на холме с плодородными землями на склонах над рекой Мондегу, было Эминиум. Впрочем, дано оно было ему примерно через 200 лет, когда началось римское завоевание Португалии. В 16 км от Эминиума римляне разбили свой лагерь возле кельтской деревни Конимбрига, постепенно приобретшей все достоинства процветающего города роскошных вилл. В 468 г. Конимбрига была разгромлена германцами свева-ми, и жители города бежали в Эминиум, а там переименовали его в Конимбригу в память о покинутых родных пенатах. Со временем название Конимбрига сократилось до Коимбра. В 682 г. вестготы, которым принадлежало королевство Испания, создали вассальное ему графство Коимбра. В 711-878 и 987-1064 гг. графство принадлежало маврам (арабам и берберам). В 878-987 и 1064-1096 гг. город Коимбра был столицей графства. 1064 г. — рубеж, когда король Кастилии
и Леона Фердинанд I Великий окончательно отвоевал Коимбру у мавров.

В Коимбре родились шесть португальских королей Бургундского дома. Это Сан-шу I Заселитель (1154-1211 гг.), второй король Португалии, в Коимбре он и похоронен, в церкви Санта-Круш (Святого Креста), как и его отец Афонсу I Энрикиш Великий (1109-1185 гг.), в 1139 г. изгнавший из страны мавров и провозгласивший независимость Португалии от Кастилии и Леона, основатель династии. Здесь родились также Афонсу II Толстый (1211 — 1223 гг.), третий король; Саншу II Благочестивый (1223-1248 гг.), четвертый король; Афонсу III Болонский (1248-1279 гг.), пятый король; Афонсу IV (1291-1357 гг.), седьмой король; и Педру I Справедливый (1320-1357 гг.), восьмой король.

Афонсу I в 1139 г. передал Коимбре столичный статус, который до этого принадлежал городу Гимарайншу. Столицей Португалии Коимбра оставалась до 1255 г., когда все полномочия главного города страны перешли к Лиссабону. Однако Коимбра осталась де-факто культурной столицей страны. Таковой она стала в Средние века под покровительством ее уроженцев королей, а интеллектуальным центром города был монастырь Святого Креста, основанный в 1131 г. При монастыре работали школа и скрипторий (аналог современных издательств), пополнявший его богатую библиотеку. Понятие «школа» тогда было ближе к понятию «университет», и в ней встречались, вели диалоги и дискуссии богословы, ученые, аристократы.

В XV-XVI вв., в эпоху Великих географических открытий, в которой португальцы действовали на первых ролях, все города страны достигли расцвета, а Коимбра и на этом фоне блеснула особо — рафинированными примерами португальского стиля мануэлино. Этот архитектурный термин происходит от времени правления короля Мануэла I Счастливого (1495-1521 гг), когда Васко да Гама достиг Индии (1498 г.), Педру Алвариш Кабрал открыл Бразилию (1500 г.), Франсишку ди Алмейда стал первым вице-королем Индии (1505 г), Афонсу де Албукерки основал колонии в Гоа (1510 г.) и Малакке (1511 г.). Мануэлино вобрал в себя стилистику готики, ренессанса, барокко, мавританского стиля и реплики запечатлевшихся в памяти мореплавателей элементов храмов и дворцов Юго-Восточной Азии, главным образом индийских, а также декор из раковин, корабельных снастей, почему мануэлино называют еще морским стилем. Коимбру вообще можно считать архитектурным заповедником. Здесь есть акведук, заложенный римлянами, правда, перестроенный в XVI в.; воплощенные в монастырях, церквях, жилых домах образцы романского стиля, готики, барокко, маньеризма и неомануэлино.

Read More

На территории штата найдены свидетельства жизни людей в районе Пинакате

На территории штата найдены свидетельства жизни людей в районе Пинакате, где сохранился комплекс Сан-Диегито — остатки поселений возрастом 10 тыс. лет, в которых жили кочевники — охотники и собиратели. Первое постоянное поселение в плодородном районе на юго-востоке страны датируется 1500 г. до н. э. Известно о существовании на территории нынешнего штата культур хонокам, могольон и касас-грандес и пакими.

К тому времени, когда сюда прибыли испанцы, на этих землях жили несколько коренных народов, говоривших на языках групп юто-науатль и хокан.

Первым испанцем, ступившим на землю нынешнего штата Сонора в 1533 г., был конкистадор Диего Гузман. Но едва оказавшись здесь, ему тут же пришлось бежать вместе со своим отрядом, встретив яростное сопротивление индейцев яки. Это было только начало. В дальнейшем яки воевали с властями испанских колоний и республиканской Мексики вплоть до 1929 г., т. е. четыре века подряд. Этот период в истории штата Сонора известен, как Войны яки.
В 1536 г. испанский конкистадор Апьвар Нуньес Кабеса де Вака (1490— 1559 гг.), участник закончившейся провалом и гибелью множества людей экспедиции Панфило де Нарваэса, оказался в этих местах вместе с двумя соотечественниками, бежав от индейцев, обративших его в рабство. Впоследствии де Вака описал свои приключения в книге, в которой рассказал о двух прекрасных и богатых индейских городах — Сибола и Куивира. Несколько экспедиций искали их, но пропали в джунглях, а сами города, судя по всему, были плодом фантазии де Ваки.

Район Соноры был малонаселен, а местное население не желало становиться рабами, его экономическое развитие шло крайне медленно. Одно из самых известных событий того времени в этом краю, отмеченном в испанских хрониках, — постройка тюрьмы в 1586 г.

К концу XVII в. болезни и сражения с испанцами снизили численность населения в десять раз. Неожиданно популярной среди индейцев оказалась деятельность миссионеров, быстро обративших туземцев в католическую веру и способствовавших тому, чтобы оставшиеся в живых вписались в колониальную экономику, став рабочими в шахтах.

В 1810 г. в Мексике началась война за независимость от Испании, но местных землевладельцев куда серьезнее беспокоили постоянные налеты апачей. Тем не менее в 1824 г. Сонора стал штатом страны. В середине века штат пережил американскую оккупацию, пока не был произведен раздел территории по договору Гвадалупе-Идальго 1848 г.

1861-1867 гг. — Франко-мексиканская война и оккупация Соноры французскими войсками, пытавшимися посадить на мексиканский трон ставленника Франции императора Максимилиана I. После тяжелых боев французы были разбиты в Битве у Льянос де Урес в 1866 г. В 1871 г. была написана конституция Соноры, а столица перенесена в Эрмосильо.

Однако штат все так же сотрясали налеты апачей и вооруженные выступления индейцев яки. С первыми справились сами землевладельцы, наняв для этого племя кикапу, до этого уже лишившееся земли. Индейцев яки окончательно разгромили в 1929 г. после бомбардировок их деревень с самолетов, купленных у американцев.

Экономика штата основана на выращивании овощей и хлопка, разведении мясных пород скота и добыче меди. Но главное — это, конечно, приграничная торговля, экспорт-импорт товаров и туризм, преимущественно из двух соседних штатов США.

Read More

ГОРЫ, ПУСТЫНИ И МОРЕ

Сонора — второй по площади штат Мексики, его ландшафты столь же разнообразны, как пестр его этнический состав.
Особенность географического расположения Соноры в том, что штат на значительном протяжении выходит к побережью Калифорнийского залива и к государственной границе с США. Это способствует как развитию торговли и приграничной промышленности (сборочных предприятий-макиладор), так и увеличению притока туристов и расширению сферы обслуживания. Это же привело к таким проблемам, как наркотрафик и нелегальная иммиграция в США. Власти обеих стран пытаются бороться с проблемами, возведя железную разделительную стену и заборы с колючей проволокой.
Восточная граница штата проходит вдоль участка гор Западной Сьерра-Мадре с высотами более 2500 м. Они являются преградой на пути передвижения влажных воздушных масс со стороны Тихого океана, результатом чего становятся обильные дожди на западных склонах гор, а иногда даже выпадает снег. Дожди питают многочисленные реки. Они спускаются с гор и текут в западном направлении через центр штата, который занимает обширная холмистая равнина — широкая на севере и сужающаяся к югу. За много лет реки принесли на равнину много осадочного материала, здесь плодородная почва, но нуждающаяся в постоянном поливе посевов.

Преодолев равнины центра, реки достигают западных пределов штата. Здесь протянулось побережье Калифорнийского залива — почти тысяча километров белоснежных песчаных пляжей. Но далеко не все реки впадают в залив, многие исчезают по дороге к нему в песках пустыни Сонора (см. «Атлас» № 321), что занимает практически всё пространство от побережья до предгорий. 90% территории штата — зона тропического сухого климата, остальная — более влажный горный.

Две трети территории покрыты полупустынной и пустынной растительностью — кактусами и ксе-рофильными кустарниками. Леса есть только на северо-востоке, где выпадает большая часть осадков. Значительную проблему для штата представляет процесс расширения пустыни, причиной стали как выпас скота, сведение растительности под плантации и изготовление древесного угля (на него высокий спрос в США, где лес рубить запрещает закон), так и глобальное потепление.
Самое засушливое место Мексики — песчаная пустыня Аптар на северном побережье Калифорнийского залива: это участок пустыни Сонора, где обычное явление — +45°С летом и 50 мм осадков в год. Пустыня является частью биосферного заповедника и объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО Эль-Пинакате и Гран-Десиерто-де-Аптар. На этой территории находятся уникальные места: щитовой вулкан, движущиеся дюны и множество плоскодонных кратеров-мааров.

В штате Сонора находятся также объекты Всемирного наследия ЮНЕСКО — острова и охраняемые зоны Калифорнийского залива, включая остров Тибурон, самый большой в стране и в заливе, размером 50×20 км. Он необитаем, исключение составляют несколько подразделений мексиканской армии. Из фауны — местная разновидность койота и специально завезенное сюда парнокопытное — баран-толсторог. Всеми правами на остров обладает коренной народ сери, который жил здесь последнюю тысячу лет, но сейчас предпочел перебраться на материк.

Сегодня в штате проживают представители восьми коренных народов, самые крупные племена — майо, яки и сери. Площадь штата огромна, но по численности населения он не входит даже в первую десятку, а по плотности населения — на одном из последних мест в стране.

Read More

ХРАМ БОГА-СОКОЛА

В эпоху Древнего Египта в храм допускались лишь посвященные: великие жрецы — слуги бога и фараон, приравненный к богу.
рам начинается массивным входным пилоном — башнеобразным сооружением в форме усеченной пирамиды, вторым по размеру среди всех храмов Египта. Когда храм служил своей основной цели, между двумя башнями стояли высокие деревянные ворота с золотыми плитами. Со всех сторон пилон покрыт надписями и резными изображениями. Вот царь Птолемей XIII Неос Дионис приносит символическую жертву Гору и его супруге Хахор. Вот он молится местным божествам, а за царем и царицей следует процессия посланцев из разных стран, пришедших с дарами в храм.

За пилоном находится открытый двор с 32 колоннами, в котором стоит трехметровое, из черного гранита, изваяние Гора в виде сокола, в двойной короне, олицетворяющей царскую власть. Двор вымощен плитами от еще более древнего сооружения эпохи фараона Джехути Сехемра Се-ментау (около 1650 г. до н. э.).

Рельефы и надписи на внутренней части западной стены рассказывают о победе Гора — сына Осириса и Иси-ды. Здесь же — знаменитая сцена битвы Хора и Сета, где Хор поражает гарпуном Сета, изображенного в виде гиппопотама. Внутренняя часть северной стены покрыта текстами гимнов Гору. Посетители храма пели их, проходя по двору.
Из двора попадают в Первый гипостильный 18-колонный зал, или пронаос, с изображением сцен жертвоприношений на стенах. Справа от входа размещалась библиотека — на стену нанесен каталог свитков папируса, включавший сочинения по мифологии, астрономии, географии и строительству. Слева находилось пространство, где царь возносил молитвы. При этом, как полагалось, он смотрел на потолок, покрытый астрономическими и астрологическими символами.
Второй гипостильный 12-колонный зал меньшего размера именуется процессионным. В данном случае под процессом понимался ритуал изготовления мазей и бальзамов. То есть это была лаборатория с нанесенными на стены рецептами благовонных составов.

Отсюда проходят сначала в зал Нила, затем — в зал приношений с жертвенником и только потом — прямо в святилище. Вдоль его стен, отделенные узким коридором, находятся десять часовен разных божеств.

В центре стоит церемониальная лодка — символ судна, на котором Гор перемещался по Нилу. В святилище сохранился уже упомянутый наос — центральная часть старого храма, высеченная из цельного блока, с кар-тушами фараона Нектанеба I, правившего в 380-362 гг. до н. э.

Некоторые надписи на стенах храма дают представление о нем и организации его деятельности. Они объясняют символическое значение пропорций и размеров архитектурных деталей сооружения со ссылками на мифологические сюжеты и труды Имхотепа — выдающегося зодчего периода Древнего царства. Тут и отчет о строительстве,
и календарь, снабженный списком, и дарственные записи, оставленные избранными посетителями, и распорядок проведения культовых мероприятий. Среди последних — обязательное ежегодное почитание Цикла Гора: проход по Нилу из храма Хатхор в Дендере и обратно судов с изображением богини Хатхор, богов и богинь Осириса и Исиды, Шу и Тефнут.

Самая главная религиозная церемония совершалась в храме ежегодно на двадцать первый день второго месяца сезона зимы, 21 мехира, в первой половине января. Она заключалась в диалогах, которые вели фараон и жрецы в масках Исиды и Тота.

Read More

ПРОЩАЛЬНЫЙ ДАР ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Дата окончания строительства указывает на то, что храм Гора в Эдфу — одно из самых поздних сооружений египетского зодчества.
На половине пути между Луксором и Асуаном, на правом берегу Нила, расположен небольшой город Эдфу. Сейчас это — исторический памятник, в древности — город в Верхнем Египте, именовавшийся Бехдет. Эдфу — его нынешнее арабизированное название.

В додинастическую эпоху город был центром культа солнца. В дальнейшем здесь получил дальнейшее развитие культ бога Птаха (земли), создавшего небо и пустившего по нему светило. Бог солнца изображался в виде крылатого диска. Позднее солнце напрямую стало отождествляться с Гором, изображавшимся то соколом, у которого правый глаз — светило, то в виде крылатого солнца, как в древнейшие времена.

В Древнем Египте город Бехдет почитался как место, откуда бог Гор вышел, чтобы поразить своих врагов — порождение тьмы.

Бехдет стал центром культа бога Гора, что отразилось и в названии II верхнеегипетского нома (района), в котором город располагался — Тесу-Гор, или Престол Гора. Греки, в чьем представлении этот бог являлся тем же, кем для них был Аполлон, именовали город Великим Аполлинополем (Apollonopolis Magna).
В те времена Бехдет был важным сельскохозяйственным центром, здесь выращивали пшеницу на поливных землях в долине Нила, шла торговля зерном, отсюда отправлялись караваны. Он кормил соседние регионы, а в политическом отношении играл важную роль как близкий сосед Нубии.

Но славу городу принес храм бога Гора, построенный в правление династии царей Птолемеев, когда Египет вступил в эпоху эллинизма.

Благодаря в том числе массивности конструкции и удаленности от крупных городов эта колоссальная постройка — вторая по размерам в стране после храма Амона-Ра в Карнаке, на месте древнеегипетских Фив — оказалась одним из наиболее сохранившихся египетских культовых сооружений.

Птолемеевский храм Гора поставили примерно в километре к западу от Нила, на месте снесенного более старого, эпохи фараона Рамсеса III (XII в. до н. э.), который, в свою очередь, был сооружен на месте еще более древнего храма времен Тут-моса III (XV в. до н. э.). Надписи на внешней западной стене и на ограде рассказывают историю строительства. Сооружение храма началось при царе Птолемее III Эверге-те в 237 г. до н. э. Свои нынешние очертания постройка приобрела к 212 г. до н. э. В 142 г. до н. э., при Птолемее XVIII, статую Гора торжественно внесли в храм: эта церемония была равнозначна его освящению. В дальнейшем с юга пристроили два зала с колоннами, гипостильный двор и внушительных размеров пилон с обитыми золотом вратами. Закончили строительство почти два века спустя после закладки — в 57 г. до н. э., при Птолемее XII Неосе Дионисе.

Четыре века в храме шли службы, но после 391 г., когда римский император Феодосий I Великий повелел начать разрушение языческих строений, он был заброшен. Еще до этого фанатики-христиане уничтожили лики богов на стенах, правда, пощадив непонятные им надписи.

В наше время постройка выглядит величественно. Но в 1860 г., когда на него обратил внимание французский египтолог Огюст Мариет (1821-1881 гг.), храм Гора находился в крайне запущенном состоянии. Он был наполовину погребен под песками, а на его крыше расположились дома феллахов.

В середине XIX в. Мариет не без труда получил от египетских властей монопольное право на археологические исследования в стране, в том числе и храма в Эдфу. Под руководством выдающегося ученого храм расчистили, а находившуюся на его крыше деревню переселили в другое место. Расчищены были также остатки старых жилых кварталов и древнеегипетский некрополь.

Read More

Паскуале Паоли

Весь апрель выдался напряжённым для Паскуале Паоли; к тому же возрастом он превосходил людей, с которыми виделся в эти парижские дни. Новые надежды придавали ему бодрости и сил.

Король Людовик XVI принял его 9 апреля в своём кабинете во дворце Тюильри. Принял как равного, как если бы корсиканский президентне потерял свой пост. Кроме того, направил ему собственноручное письмо, заверяя, что совершенно полагается на его просвещённость, влиятельность и добродетели с тем, чтобы мир и согласие царили между прежними и новыми французами, включая, очевидно, корсиканцев, отныне полноправных в семье народов Франции.

Порождённое революцией Национальное собрание заседало рядом с дворцом, в зале кавалерийского манежа, куда законодатели 22 апреля и пригласили Паоли — в качестве главы нации. Он взошёл на трибуну — разразилась овация. В длинном и узком помещении, вовсе не приспособленном для речей, слышимость была плохая, и почётному гостю пришлось напрячь горло: — Сегодня самый счастливый день моей жизни, которую я посвятил поискам свободы; здесь я вижу её самое благородное проявление. Я оставил мою страну порабощённой, я обретаю её свободной; мне нечего больше желать… Я клянусь повиноваться и быть верным французскому народу, королю и декретам Национального собрания.

Избранники народа снова долго и с воодушевлением аплодировали, возбуждённо выкрикивали здравицы, а импозантный «оратор народа» Мирабо простёр руку к Паоли и звучным, как всегда, голосом попросил прощения — за то, что при Понте-Нову сражался против свободной Корсики.

Но не всё быстро делается в стране, где любой шаг регламентирован надлежащим правилом, параграфом и подпунктом. Даже революция способна поколебать заведённый порядок… лишь вводя новые правила, параграфы и подпункты. А посему депутатам потребовалось разрабатывать и принимать постановление, разрешающее прославленному эмигранту въехать на его Корсику.

После долгой разлуки с родиной Паскуале Паоли увидел 14 июля 1790 года с борта корабля её берег. Он неотрывно следил в подзорную трубу за тем, как приближаются очертания гор и на их гребне развалины замка, генуэзские сторожевые башни на длинных мысах, вдающихся в море, колокольни и россыпь черепичных крыш; как уже совсем рядом, так что трубу можно и отложить, разбиваются белой пеной волны о подножие башни Санта Мария делла Кьяпелла. Её обогнула шлюпка, гребцы ещё налегли на вёсла, — и скоро он пожимал руки Джузеппе Буонапарте и Карло Андреа Поццо ди Борго. Им было поручено сопровождать Паоли в Бастию.

Ровно через 35 лет с момента избрания его главой независимой Корсики Паскуале Паоли вновь ступил на землю Отчизны.

Read More

Через месяц и два дня в Париже была взята Бастилия.

Вольтер не ошибся. За корсиканской революцией последовала французская. Она открыла перед изгнанником Паоли двери Франции.

Однако о независимости Корсики, деле его жизни, уже— или ещё? — не могло быть и речи. Ни порождённое революцией Национальное собрание, ни Людовик XVI предоставлять её не собирались. Напротив, остров был впервые объявлен неотъемлемой частью французской монархии; притязания на него Генуи были отныне перечёркнуты, чем старый политик мог быть хоть отчасти удовлетворён.

Едва спустившись с корабля, который 3 апреля 1790 года доставил его из Лондона, Паскуале Паоли попал в объятия маркиза Лафайета, избранного командующим Национальной гвардией. Герой войны за независимость североамериканских штатов не отходил и в Париже от корсиканского эмигранта. «Вот вам новый Вашингтон!» — представлял Лафайет повсюду Паоли, хотя, скорее, Джордж, американский друг маркиза-либерала и первый президент заокеанской республики, заслуживал именоваться новым Паоли. Хронологически. На улице Сент-Оноре они поднялись в зал бывшей доминиканской обители. Теперь его заняло «Общество друзей Конституции», а в просторечии — клуб якобинцев, так как первоначально братья-проповедники обосновались на улице Святого Якова. Депутат Максимильен Робеспьер приветствовал вошедших по-разному. Лафайету он только сухо кивнул и едва разжал губы. Зато с Паоли был более чем любезен, сделав в адрес Корсики политический комплимент: «Вы уже отстаивали свободу, когда мы не осмеливались о ней и мечтать», (Через два года с небольшим генерал Жильбер дю Мотье, маркиз де Лафайет, инициатор Декларации прав человека и гражданина, будет Национальным собранием объявлен предателем нации. Вынужденный бежать, пленённый австрийцами, он всё-таки сможет вернуться во Францию, но только в 1800 году. Максимильен Робеспьер, автор девиза «Свобода, Равенство, Братство», будет гильотинирован на площади Революции как самый ревностный поборник революционного гильотинного Террора.)

Read More

Корсика

Как их Корсика, они потерпели тогда поражение. Как их Корсика, они не желали признать его окончательным.

Они жадно проглатывали всё, что касалось политики, будь то брошюры или фолианты. Наполеоне, по словам Поццо, «все великие идеи схватывал с невероятным нетерпением». С гордостью и с надеждой они вместе прочли в «Общественном договоре» Ж.-Ж. Руссо: «Есть ещё в Европе страна, способная к законодательству; это остров Корсика. Доблесть и настойчивость, с которыми её храбрый народ смог возвратить и защищать свою свободу, заслуживают того, чтобы какой-то мудрый человек научил его, как её сохранить. У меня есть некое предчувствие, что однажды этот маленький остров удивит Европу».

Несдающаяся Корсика обрела такую личность, избрав 14 июля 1755 года своим верховным политическим и экономическим главой — Генералом нации — Паскуале Паоли. Он впервые в истории провозгласил народ «законным хозяином самого себя» и тем самым — народный суверенитет. При Паоли вновь была объявлена независимость страны. Его революционная конституция, опять же небывалая в истории и вдохновлённая идеями Монтескьё, предусматривала разделение законодательной,исполнительной и судебной властей; всеобщее избирательное право, в том числе для женщин — глав семей; запрет кровной мести, страшного проклятия Корсики.

«Наполеон и я, — будет вспоминать Поц-цо, — говорили о том, что уже было и что могло произойти». О том, что независимая Корсика стала чеканить свою монету, упорядочила финансы, торговлю, судебную систему; сформировала армию и флот; что историческая столица Корте снова стала административным центром государства и Паоли основал в ней университет. Над Корте взвился овеянный историей флаг с головой Мавра, покровителя Корсики.

«Вся Европа стала корсиканской!» — воскликнул Вольтер. И верно: Корсика открыла революционную эру не только в Старом Свете, но и за океаном. Волонтёры американской войны за независимость
кричали и на парадах и в бою: «Да здравствует Паоли!» Его имя присвоено несколь-ким городам Соединённых Штатов.

Вооружённая борьба не прекращалась, так как Генуэзская республика не желала примириться с потерей колонии. На её призыв о помощи откликнулся французский король Людовик XV. И прислал войска. Чтобы в перспективе заполучить Корсику, он стремился, однако, всячески ослабить Геную, так что у Паоли порой были основания относиться к французам как к союзникам, а не противникам. Эти военно-политические игры закончились тем, что новый королевский экспедиционный корпус высадился в порту Сан-Фьоренцо и совместно с корсиканскими врагами Паоли, приверженцами «французской партии», атаковал силы патриотов.

При Понте-Нову 9 мая 1769 года верх одержали французы. Им не удалось взять в плен Паскуале Паоли, он эмигрировал в Англию. На бумаге Корсикой как бы ещё владели генуэзцы; наделе ею отныне управляли французские наместники. Людовик XV закрыл университет Корте, очаг корсиканского Просвещения. В ключевых крепостях разместились французские гарнизоны. В том числе в Аяччо, городе Наполеоне и Карло Андреа.

Их Корсика, они сами снова потерпели поражение. Уповать было больше не на что.

«Генерал, я родился, когда родина погибала. Тридцать тысяч французов низверглись на наши берега, потопив трон свободы в потоках крови, — вотто первое, что поразило меня ужасом. Предсмертные крики, стоны угнетённых, плач отчаяния раздавались над моей колыбелью. Вы оставили наш остров, и вместе с вами исчезла надежда на счастье; ценой нашего подчинения было рабство… С уважением, генерал, ваш смиренный и послушный слуга Наполеоне Буонапарте». Письмо, адресованное Паскуале Паоли, датировано 12 июня 1789 года.

Read More

Карло Андреа Поццо ди Борго

Карло Андреа Поццо ди Борго учился в высоко ценимом Пизанском университете одновременно с Джузеппе Буонапарте, с которым сблизился. Написав на немецком дипломную работу, он в 1787 году получил степень доктора права и вернулся домой. От деревни Алата, вотчины корсиканских Поццо ди Борго (а в Италии множество других), можно не торопясь дойти до Аяччо часа за полтора, и молодой адвокатчастенько бывал у Буонапарте. В их доме он встретил Наполеоне, выпущенного из французской военной школы младшим лейтенантом артиллерии и задержавшегося в многомесячном отпуске. Начинающему юристу было 23 года, офицеру — 18. Порой они гуляли вместе и, спасаясь от жары, часами беседовали в излюбленном местечке Наполеоне за чертой города, в маленьком гроте под скалой.

Они жили, они дышали Корсикой.

Их родина, «часто угнетённая, никогда не покорённая», всю свою историю сражалась за независимость. Захватчики сменялись в течение веков — греки, финикийцы, римляне, сарацины, пизанцы, генуэзцы… Перебивая друг друга, новые знакомые цитировали цивилизованного древнего Страбона, который писал об их далёких пращурах: «…дикие, как лесные звери, или тупые, как скот, они не выносят жизнь в рабстве…» Наполеоне и Карло Андреа в конце XVIII века — тоже! Но их уж никто не причислит ни к диким, ни к тупым.

Как им было не сожалеть, что опоздали родиться? Иначе до них дошли бы сперва смутные слухи о крестьянских волнениях 1729 года; о том, как Бастия, центр генуэзской власти, подверглась разгрому разгневанных толп. С оружием в руках они встали бы в ряды восставших. Они видели себя среди собрания народных представителей, торжественно заявившего в январе 1735 года, что генуэзскому господству положен конец. Вместе с этим суровым хором пели молитву «Боже, храни Королеву», провозглашённую национальным гимном; вместе со всеми обращались к Королеве небесной, покровительнице Корсики: «Дай нам победить наших врагов и затем обрести вечную славу в раю».

Read More

За неделю до кровавой Пасхи

За неделю до кровавой Пасхи 2-й батальон выбирал себе новых начальников. Основными кандидатами на пост подполковника считались Наполеоне Буонапарте и его ровесник Маттео Поццо ди Борго, младший брат Карло Андреа. Для проведения голосования из тогдашней корсиканской столицы Корте прибыли полномочные комиссары, один из них получил приют в доме Перальди. Туда под покровом темноты ворвались увешанные оружием горцы и силой отвели его к Буонапарте. На следующий день, 1 апреля, Маттео Поццо, взяв слово на собрании батальона в церкви Сан-Франческо, возмущённо поносил учинённый ночью разбой. Сторонники Буонапарте пытались его заглушить, наконец стащили за ноги с кафедры, избили и вышвырнули прочь. Маттео так и не оправился от нанесённых ему травм головы. Он умер в 1793 году в возрасте 23 лет. Спустя почти полвека Карло Андреа будет вспоминать утрату со слезами на глазах.

В результате дерзкой операции одержал победу Наполеоне Буонапарте, получив 522 голоса — в избирательных списках значилось 492 человека!
Чем пренебрёг К. А. Поццо ди Борго, то сделал М. Перальди, обратившись в Париж, в военное министерство. Ах, так? «Никакой им пощады!» — написал Наполеоне старшему брату Джузеппе. Муниципалитет Аяччо представил доклад о событиях министру внутренних дел монархии, доживавшей последние месяцы. У того земля уходила из-под ног, да и властью действительной он уже не обладал, до Корсики ли тут? Наполеоне Буонапарте, лейтенант в регулярной французской армии, спешно сбежал на континент и 10 июля 1792 года без особых проволочек был произведён в капитаны — страна нуждалась в грамотных офицерах.

В Париже оба депутата приняли его внешне вежливо, но недоверчиво. Он приложил старания, чтобы восстановить отношения, особенно с Поццо. [ 1режде они были прекрасными.

Read More